08:07:12 22°C
  • USD - 482,28 ֏
  • EUR - 568,13 ֏
  • RUB - 6,53 ֏
  • НАТО хочет "монетизировать" разочарованность Армении в России: интервью Маркедонова

    10:28 20 Март 2024

    Известный российский политолог Сергей Маркедонов рассматривает визит генсека НАТО на Южный Кавказ в контексте изменения геополитической обстановки и стремления альянса усилить влияние в регионе за счет создания общего поля безопасности.
    Хочет и может ли НАТО усилить обороноспособность Армении? Есть ли у альянса возможность стать одним из модераторов армяно-азербайджанского урегулирования? Как должна вести себя Россия в сложившейся сложной геополитической обстановке на Южном Кавказа? Обо всем этом в интервью Sputnik Армения рассуждает известный российский политолог Сергей Маркедонов.
    - Сергей Мирославович, поговорим о возможных целях визита генсека НАТО в страны Южного Кавказа… В свете жесткой конфронтации России и Запада можно ли данный вояж рассматривать как попытку вписать три страны региона в антироссийскую повестку? Или же задачи другие?
    - Этот визит, по большому счету – инвентаризация. Потому что Столтенберг последний раз был на Кавказе четыре года назад. За четыре года много чего изменилось. Тот же генсек 4 года назад говорил об усилении российского военного присутствия на Кавказе. Тогда многие американские эксперты, натовские чиновники говорили, что Россия усилила свою роль, Запад же ослабил. И любимый аргумент был в наличии миротворцев РФ в Карабахе, особой роли Москвы в урегулировании. Этот инструмент влияния на Ереван и Баку и такой якорь присутствия. Сегодня мы видим что якорь или ключ не столь силен.
    По крайней мере многие другие "специалисты" по изготовлению ключей подобрали свои ключи так или иначе, образно говоря. Мы видим ситуацию, когда Карабах интегрирован в состав Азербайджана, мы видим Армению, которая фактически заморозила членство в ОДКБ и пытается найти других гарантов безопасности. В то же время Грузия – главный партнер НАТО в регионе стремится всячески избежать "украинизации". Все эти процессы требуют систематизации, расклада по полочкам. Мне кажется НАТО сейчас рассматривает ситуацию в регионе как возможность как-то гомогенизировать это пространство. У альянса появляется соблазн установить общее пространство безопасности. Есть определенные представления и о том, что Россия очень сильно завязла на Украине, и с точки зрения НАТО, можно попробовать поддавить, усилить свое влияние.
    - А как насчет армяно-азербайджанской нормализации? Попытается ли НАТО стать здесь успешным модератором? Или же призывы Столтенберга поскорее достичь мира – лишь дежурные заявления?
    - Безусловно, любой мир имеет своего автора. По большому счету, и Россия, и Запад хотят мира на Южном Кавказе. И делимитация границы, и разблокирование коммуникаций, и взаимное признание территориальной целостности нужны всем модераторам. Но дьявол, как всегда, в деталях. Если выстраивать конфигурацию мира, то с точки зрения Запада здесь должен быть один "зонтик безопасности". Россия хотела бы, чтобы НАТО было меньше в регионе. Целеполагания разные, хотя методы и движения к цели похожие. В этом и весь парадокс. Я понимаю чувства многих моих армянских коллег, и, наверное, Россия в какие-то годы, в какое-то время сделала не все, что могла. Но надо понимать, что ни НАТО в целом, ни отдельные члены альянса не станут более надежными гарантами. У каждого есть свои интересы к Азербайджану. Греция, которая сейчас с большой помпой приветствуется в Армении, - ну давайте возьмем Южный газовый коридор и Трансадриатический газопровод… Разве это Грецию (с Азербайджаном) не связывает? Да, Греция исторический враг Турции, но в декабре прошлого года страны подписали 16 соглашений о сотрудничестве.
    - НАТО что-то может предложить Армении в плане усиления ее оборонного потенциала?
    - Для Армении, наверное, главная проблема – это пограничное размежевание, те же самые Тавушские села… Тема давно звучит. Но в такой жесткой определенности впервые была подана в этом месяце. Но разве НАТО как-то поможет эти села сохранить? Сомневаюсь. Допустим, НАТО может дать какой-то минимум армянской армии, а обеспечить особые интересы Армении – вряд ли.
    - На пресс-подходе в Ереване Столтенберг в контексте реформ в ВС Армении говорил о неких механизмах демократического контроля в армии, но про какие-то конкретные механизмы оборонного сотрудничества и уж - тем более - оснащения мы не услышали…
    - Здесь намек такой – ребята, вот никакого реванша не надо. Если вдруг в каких-то военных кругах гипотетически будет идея пересмотра, вот вам демократический контроль, притом – с помощью НАТО, это все нивелирует, блокирует. Думаю, в этом весь сигнал. Да, это укрывается в такие красивые идеологические упаковки. Ну а как иначе? Это же политик… НАТО – это военно-политический альянс. Даже не будучи конспирологом и не сторонником поиска под кроватью каких-то агентов, очевидно, что евроатлантический альянс стремится к ослаблению России в той или иной мере. Россию он видит в качестве главного вызова, страну, которая требует особых правил. И дать чего-то большего, чем Россия, НАТО не может. Но что может и что делает НАТО и отдельные страны-члены – так это капитализация, монетизация тех общественных фрустраций, которые есть в Армении, ту разочарованность в России, которая есть со стороны Армении. Я могу честно сказать – да, не всегда Россия была на высоте. Какие-то вещи можно было сделать по-другому. Я понимаю эмоциональные моменты армян. Но смена России Западом ничего не даст Армении, а принести новые проблемы может.
    - Возможно, Вы один из немногих российских политологов, считавших, что правящая сила в Армении не собирается делать резких геополитических разворотов в сторону Запада. Кстати, за это многие оппоненты армянского руководства время от времени критикуют и Вас за такой оптимизм… Скажите, Вы и сейчас считаете, что этого разворота не существует? Не пересмотрели ли многие прежние оценки?
    - Еще в одном из своих докладов в 2015 году я писал, что Пашинян – прозападный политик. Но ведь и его позиция менялась, она же не была константой. Когда в 2018 году Пашинян вышел на площадь, он сказал, что разворот от России, ЕАЭС и ОДКБ не входит в его планы. Означает ли это что он до этого думал иначе? Конечно. Ведь человеку свойственно меняться. Надо понимать, что менялась и ситуация. Армения 2020 или 2023 года – это не та Армения, что была в 2018 году. Скажу больше – если бы сейчас во власти в Армении были Кочарян или Саргсян, позиция страны была бы совсем не той, которую мы знали в "нулевых".
    Да можно говорить об эволюции линии Пашиняна, кстати, и российская линия менялась в отношении Турции и Азербайджана. Это же все – исторические процессы. И ответственность за эти процессы общая. Это не только ответственность одного Пашиняна, это вопрос и общества. Я в Армении бываю и вижу эти настроения в целом. Думаю, было бы полезно побольше проводить прикладных социологических исследований, чтобы мы не были заложниками дипломатии тостов, о чем я говорил давно, кстати. И если мои критики обратили внимание, то в ответ на вопрос, куда денется Армения, я еще 10 лет назад говорил, что деться может. Для этого могут быть определенные обстоятельства. Сегодня я вижу этот поворот, было бы странно его не видеть. Но я не объясняю его тем, что кто-то кому-то денег заплатил. С такой конспирологической точкой зрения я и сегодня не согласен. А согласен с тем, что подходы менялись, к сожалению, в невыгодную для России сторону.
    - Вы упомянули Тавуш… Власти Армении, кажется, готовы к новым территориальным уступкам там, объясняя это нежеланием новой войны. Насколько это оправданная стратегия или тактика?
    - Такая тактика имеет свои плюсы и минусы. Плюсы в том, что армянское общество не хочет войны. Дело не в том, что Пашинян так считает, а армянское общество так не считает. Если бы оно так не считало, то были бы протестные действия, а итоги выборов 2021 года - иными. Наверное, все таки общество устало от войны. Но дальше встает вопрос, а в какой точке эти уступки прекратить? Была сама острая тема – Карабах. Но вопроса больше нет, и теперь села… А дальше. В какой-то точке будет остановка или нет? Если бы азербайджанское руководство ограничилось Карабахом и село за стол переговоров подписывать бумаги… А получается, что есть еще села. Было четыре села, потом стало восемь. Армянская сторона говорит, есть еще Арцвашен, давайте и его рассматривать, с противоположной стороны говорят, нет не будем рассматривать. А есть еще проблема коридора. Сегодня она неактуальна, завтра будет актуальной.
    - Согласись Армения участвовать в переговорах на российской площадке сейчас, стала бы Россия сдерживать максимализм и аппетиты Азербайджана?
    - Думаю, переговоры иногда надо навязывать. Если вы хотите оставаться крупным игроком, то обижаться – не лучшая позиция. Свою позицию надо навязывать даже тогда, когда она не принимается. Я за то, чтобы Россия активизировалась на дипломатическом треке. И важно понимать один важный момент. Пашинян – это неудобный партнер, крайне неудобный. Еще когда открылось уголовное дело против Кочаряна, я считал это крайне негативным моментом. При все том, что это партнер крайне неудобный, склонный к популизму, упрощенчеству, какой-то сиюминутной выгоде, тем не менее других политиков сейчас мы не видим. Действительно, в Москве есть определенные представления о том, что мол, Армения нас подвела, давайте бросим общаться с ней и будем заниматься Азербайджаном. Теоретически может быть, это и была бы формула. Но мне кажется, что она не очень работает. Хотя бы и потому, что Азербайджан проводит свою повестку. И если он не спрашивает совета у Парижа и Вашингтона, то с чего он должен следовать советам Москвы. Поэтому менять друзей в игре – не самый оптимальный вариант.

    СТАРАЯ ВЕРСИЯ САЙТА

    Новостная лента